новости | мнения экспертов | семинары | спецпроекты | публикации | информация | сотрудники | www-ссылки |


    Публикации | Р о с с и я : мониторинг, анализ, прогноз | январь-декабрь 2004 г. № 21-22 | Международное положение России | Второе полугодие | Европейское направление

Европейское направление

Отношения России с объединенной Европой в минувшем полугодии вступили в полосу стагнации и охлаждения. Это наглядно проявилось в двусмысленной реакции председательствовавшей в ЕС Голландии, а также некоторых европейских кругов на трагические события в Беслане, в тупиковой ситуации на переговорах по реализации идеи "общих пространств" в сфере правосудия/внутренних дел и в области внешней безопасности, в жестком противостоянии по поводу президентских выборов на Украине. Единственным исключением из этой тенденции стало подписание соглашения об условиях вступления России в ВТО. Но и оно было оплачено российской стороной различными уступками, включая ратификацию вызывающего много споров Киотского протокола.

Остаются невыполненными многие обещания, которые ЕС давал в обмен на согласие России распространить Соглашение о партнерстве и сотрудничестве на десять новых стран союза. Ужесточение позиции Европы больше похоже на наказание России за "отступление от демократии", которое ЕС усматривает в инициативах В.Путина по изменению системы формирования Государственной Думы и исполнительной власти субъектов Федерации, последовавших после серии терактов, кульминацией которых стали трагические события в Беслане. Косвенным подтверждением стагнации в российско-европейских отношениях стало и то, что в декабрьском отчете Европарламенту по итогам деятельности Нидерландов на посту председателя ЕС голландский премьер-министр Ян Петер Балкененде не мог ничем похвалиться и упомянул лишь о факте проведения двух саммитов Россия – ЕС.

Инициативы российского президента, обнародованные по следам бесланских событий, были восприняты во многих европейских столицах как "удар по демократии". Вновь обострились разногласия по поводу отказа ряда европейских столиц в экстрадиции лиц, обвиняемых российской стороной в причастности к террористической деятельности. Москва настаивает, что укрепление сотрудничества с ЕС по линии МВД и других правоохранительных органов требует согласования общего подхода в этом вопросе. Однако ЕС не принимает многие аспекты российской антитеррористической политики. Противоречия по этому вопросу велики: достаточно сказать, что в периодически обновляемый список террористических организаций (он уже пересматривался и после событий в Беслане), ЕС не внес ни одной из группировок чеченских боевиков, практикующих теракты, тогда как в США таковыми признаны три. Россия подвергла ЕС небывало резкой критике за то, что в европейских странах лицам, подозреваемым в пособничестве терроризму, дозволяется свободно проповедовать свои взгляды.

Европейская Конституция и отношения Россия – ЕС. 29 октября в Риме состоялась церемония подписания Европейской Конституции. Конституционный договор был одобрен лидерами 25 европейских государств на саммите ЕС в Брюсселе 18 июня. Он дает зеленый свет институциональной реформе и вносит существенные коррективы в механизмы функционирования этого объединения. Европейская Конституция определяет общие для всех стран ЕС правила поведения в отношениях с третьими странами, в том числе и Россией. Правда, в ней нечетко разграничены полномочия между "Президентом ЕС" и союзным министром иностранных дел, и противоречия между ними могут отразиться на ведении дел с Москвой.

Конституция определяет условия для стран ЕС, желающих перейти на более высокий уровень оборонной интеграции. Может ли Россия стать участником этого механизма? Казалось бы, отрицательный ответ лежит на поверхности, ведь "структурированное сотрудничество" предусматривается для стран ЕС и требует одобрения Европейского Совета. Однако существуют прецеденты, когда страны, не являющиеся членами Евросоюза, участвуют в соглашениях ЕС. Пример тому – Норвегия, которая присоединилась к Шенгенскому соглашению. Аналогичная схема действует и в отношениях ЕС с Исландией и Лихтенштейном. Фундаментальный изъян подобного механизма состоит в том, что он не предоставляет им права участвовать в работе структур Евросоюза, где принимаются решения. Со стороны ЕС нет признаков того, что для России могло бы быть сделано исключение. Поэтому более перспективным выглядит вариант с созданием механизма оборонного сотрудничества между Россией и группой ведущих военных держав Европы вне жестко регламентированных рамок ЕС.

"Битва за Украину". Россия и ЕС обвинили друг друга в недопустимом вмешательстве в избирательный процесс на Украине. Голландия, страна-председатель ЕС, накануне саммита с Россией заявила от имени Евросоюза, что результаты второго тура президентских выборов на Украине подтасованы в пользу премьера В.Януковича. ЕС отказался признать итоги голосования, ссылаясь на то, что они якобы не соответствовали международным нормам. Председатель Еврокомиссии Д.Баррозу предупредил, что если украинские власти не пересмотрят итоги голосования, это будет иметь серьезные политические и торговые последствия для Украины. Он не уточнил возможный характер санкций, но, судя по всему, имелось в виду замораживание экономической помощи и проектов развития на сумму 1 млрд евро и запрет на выдачу виз украинским официальным лицам (по "белорусскому сценарию").

Политическое противоборство по "украинскому вопросу" вполне соответствовало духу холодной войны; достаточно упомянуть заявление верховного представителя ЕС Х.Соланы о том, что Россия "слишком далеко зашла" в своей критике отношения Запада к президентским выборам на Украине. Столь острая реакция последовала в ответ на заявления В.Путина о колониальном характере западного подхода к событиям на Украине, попытках США и ЕС повлиять на итоги выборов.

ЕС считает своим большим внешнеполитическим достижением то, что участники избирательного процесса на Украине во многом благодаря его посредничеству согласились на повторное голосование после опротестованных оппозицией результатов второго тура выборов. Острая схватка за президентский пост на Украине укрепила позиции тех сил в Европе и США, которые считают, что Запад должен решительно бороться за свои интересы на Украине, в Белоруссии или Закавказье, чтобы они не стали закрытой сферой российских интересов.

Саммит Россия – ЕС. 25 ноября в Гааге состоялся саммит РФ – ЕС, который был отложен на две недели по инициативе российской стороны, до последнего момента надеявшейся на возможность прогресса в спорных вопросах. Переговоры показали, что между РФ и ЕС существуют принципиальные разногласия во взглядах на место России в политике "нового европейского соседства", провозглашенной Европейским Союзом после недавнего расширения, а также по формированию общих пространств в двух областях – правосудие/внутренняя безопасность и внешняя безопасность. Практически полностью согласованы соглашения по "дорожным картам" в двух других сферах – экономике и гуманитарных вопросах (образование, культура, наука).

Россия считает, что работа по спорным вопросам должна быть завершена к следующему саммиту в мае 2005 г. Однако, как следует из слов тогдашнего предстателя ЕС, голландского премьер-министра Ян Петера Балкененде, Евросоюз не будет отступать от своей принципиальной позиции ради скорейшего достижения соглашения. Правда, он заверил, что идея четырех пространств будет реализована, но, возможно, в усеченном виде.

Остается нерешенной и проблема грузового калининградского транзита, который заметно подорожал после восточного расширения ЕС, что экономически отдаляет регион от остальной России. Для подготовки соглашения между Россией, ЕС и Литвой по грузовому транзиту решено создать специальную группу – подкомиссию по развитию Калининграда. Далек от решения и вопрос о безвизовом режиме для граждан между РФ и ЕС. ЕС обещал вести системный диалог по проблеме прав человека и нацменьшинств, в том числе русскоязычного населения в странах Балтии. Пока же Евросоюз смотрит сквозь пальцы на то, что Латвия и Эстония игнорируют рекомендации ОБСЕ, ПАСЕ и других европейских организаций по улучшению ситуации в области прав национальных меньшинств.

Политика "нового европейского соседства" и Россия. Претендуя на особый статус в отношениях с ЕС, Россия не согласна с тем, чтобы ее ставили на одну доску с другими странами, не входящими в Евросоюз. Она считает, что ее отношения с Европой шире предлагаемой программы "Европейское соседство", которая предусматривает единые кальки и стандартный план развития взаимоотношений с государствами, граничащими с "Европой 25-ти", в число которых входят не только европейские страны, но и Тунис, Марокко, Ливия, государства Северной Африки. Как отметил спецпредставитель президента РФ С.Ястржембский, Россия вправе рассчитывать на особый режим отношений с ЕС, формат которых гораздо масштабнее, шире и глубже того, что подразумевает новая усредненная программа ЕС: "Для нас этот сюртучок маловат". В результате рамками политики ЕС в отношении "соседей Европы" остались неохваченными только Россия и Белоруссия.

Саммит ЕС, прошедший 16–17 декабря, стал косвенным подтверждением принципиальной разницы в оценке сторонами важности двусторонних отношений. Для России отношения с Европой являются важнейшими, ведь Москва неоднократно декларировала свой курс на интеграцию в Европу, а для ЕС – они являются лишь отношениями с одной из третьих стран. В текущей политике ЕС отношения с Россией занимают даже менее приоритетное место по сравнению с теми государствами, на которых Брюссель может гораздо сильнее влиять: Румынией и Болгарией, а также Украиной и республиками бывшей Югославии.

В документах саммита отношениям с Россией было уделено заметно меньшее внимание по сравнению с прошлыми годами. Им было отведено гораздо более скромное место, чем отношениям ЕС с Китаем или Африкой – столь же мало, как и отношениям Европы с регионом Латинской Америки и Карибского моря. Это является особенно резким контрастом на фоне подчеркнутого внимания к Украине, которой была посвящена отдельная декларация ЕС. В ней подчеркивается стратегическое значение Украины как важнейшего партнера и соседа ЕС, намерение Евросоюза всячески укреплять с ней отношения.

На саммите было принято "историческое" решение о начале 3 октября 2005 г. официальных переговоров об условиях вступления Турции в ЕС. Это решение сопровождено официальной оговоркой о том, что сам факт переговоров не означает, что вступление Турции – решенный вопрос, и что они в любой момент могут быть прерваны Брюсселем, в отличие от аналогичных переговоров со странами Восточной Европы.

В минувшее полугодие значительный динамизм был характерен для деятельности российской дипломатии на западноевропейском направлении. Состоялось несколько встреч В.Путина с Г.Шредером, Ж.Шираком, С.Берлускони. С.Лавров нанес визиты в Италию и Францию, в Москве он принимал глав дипломатии Великобритании, Нидерландов, Испании, Австрии и других государств. Сквозной темой этих контактов были поиски решения проблем, которые остаются неурегулированными после расширения ЕС. Россия стремилась использовать эти контакты и для продвижения сотрудничества в области высоких технологий.

Если отношения с Испанией стали развиваться более продуктивно, особенно по политической линии, с приходом к власти правительства социалистов во главе с Л.-Р.Сапатеро, то в российско-германских отношениях все еще не удается трансформировать большую степень взаимопонимания, существующую на высшем уровне, в более масштабное и качественно более высокое двустороннее экономическое сотрудничество. Так, например, застопорилась реализация подписанного в июле (в рамках визита Шредера в Москву) соглашения между "Газпромом" и германским концерном "E.ON" о прямом участии последнего в добыче газа на территории России путем развертывания собственных добывающих мощностей.

То, что пока не получается сделать в отношениях с Германией, России удается осуществить в отношениях с Италией. Продуктивность российско-итальянских связей во многом объясняется личным вкладом С.Берлускони в установление атмосферы доброжелательства и доверительности, которая проецируется на общий характер отношений двух стран. В ходе визита С.Лаврова в Рим 14–15 июля были достигнуты конкретные договоренности по сотрудничеству в политической и экономической областях, расширению консультаций между внешнеполитическими ведомствами. Стороны обязались помогать друг другу, в том числе путем обмена информацией о возможных террористических актах. Россия поддерживает кандидатуру Италии на место непостоянного члена СБ ООН на 2007–2008 гг.

Германия, Франция, Италия рассматривают стратегическое партнерство с Россией как важный фактор, который, с одной стороны, способствует развитию отношений России с ЕС, а с другой – укрепляет их собственные позиции в Евросоюзе. Берлин, Париж и Рим стремятся содействовать тому, чтобы отношения РФ и ЕС становились все более тесными. Однако их призывы в поддержку сотрудничества с Россией тонут в хоре недоброжелателей, которых предостаточно в ЕС. В результате двусторонние отношения России с ведущими европейскими державами развивались заметно лучше, чем с Европейским Союзом в целом.

Попытки реформировать ОБСЕ. В минувшем полугодии Россия заметно усилила критику в адрес Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, считая, что она недостаточно эффективно выполняет те задачи, которые ставит перед ней современная эпоха. Эта критика является логической, хотя и весьма запоздалой реакцией на ту непростую внешнеполитическую обстановку, которая складывается для России в условиях агрессивной однополярности. Организация, которая по самой своей природе призвана быть объединителем Европы, инструментом сотрудничества и формирования общеевропейской безопасности без разделительных линий, стала работать на ее разъединение.

Основная претензия к ОБСЕ состоит в том, что она превратилась в приводной ремень для достижения западными государствами собственных политических интересов. Прежде всего, как считает заместитель министра иностранных дел РФ В.Чижов, это касается подтягивания стран постсоветского пространства к тому, что выдается за общие ценности. В ОБСЕ сложилось негласное разделение стран-членов на "учителей" и "учеников". В число "учеников" попали страны СНГ и бывшей Югославии, которые являются объектом надзора со стороны первых, в частности путем направления туда полевых миссий. В то же время члены ЕС и НАТО (или даже страны, готовящиеся в них вступить) избавлены от контроля со стороны ОБСЕ, даже в том случае, когда для такого контроля более чем достаточно оснований (пример: закрытие миссий ОБСЕ в Латвии и Эстонии).

Эти претензии к ОБСЕ были изложены в заявлении лидеров стран СНГ, собравшихся в Москве в начале июля, а в середине сентября министры иностранных дел СНГ выпустили в Астане обращение к государствам – членам ОБСЕ, где сформулированы предложения по реформированию деятельности организации (правда, эти документы подписали не все члены Содружества).

Наиболее жесткий спор разгорелся на совещании Совета министров иностранных дел (СМИД) ОБСЕ 7 декабря в Софии, где Россия, пожалуй, впервые за всю историю своего участия в этой организации проявила характер и вспомнила, что она может препятствовать невыгодным для себя решениям ОБСЕ, используя принцип единогласия. Жесткой позиции РФ способствовали прежде всего события на Украине, точнее – действия группы наблюдателей от ОБСЕ, заметивших нарушения избирательных процедур только с одной стороны. Участники заседания даже не смогли согласовать текст заключительного документа, а в выступлении С.Лаврова и в Заявлении российской делегации на Софийской встрече изложен все набор претензий к деятельности ОБСЕ, наряду с предложениями по ее реформированию. В частности, срыв "меморандума Козака" по Приднестровью, попытки изменить формат приднестровского урегулирования, однобокость в трактовке проблем "непризнанных республик" (которые рассматриваются как "враги и марионетки", а не как стороны конфликта), невнимание к проблеме русскоязычных жителей Латвии и Эстонии, искаженная интерпретация российских обязательств, взятых на саммите ОБСЕ в Стамбуле в 1999 г. относительно вывода войск из Грузии и Молдавии.

На заседании СМИД С.Лавров предложил разработать систему объективных критериев, которая бы распространялась на все пространство ОБСЕ, чтобы впредь не допускать двойных стандартов. Москва вообще настаивает на полномасштабной реформе ОБСЕ, в частности, чтобы полевые миссии и миссии присутствия организации были переориентированы на конкретную проектную деятельность по запросам принимающих государств, а не служили инструментом давления группы "избранных" стран на неугодные государства. Предложила Россия и финансовую реформу ОБСЕ, чтобы взносы в эту организацию шли по единой шкале с учетом реальной платежеспособности стран – по методологии ООН (таким образом, было бы поставлено под контроль внебюджетное финансирование деятельности ОБСЕ западными странами, которое в настоящее время дает им преимущество и доминирование в наблюдательных миссиях организации). Из-за того, что эти предложения не были поддержаны, Россия не согласилась утвердить бюджет ОБСЕ на 2005 г. и предложила финансировать организацию по временной схеме.

Претензии к нынешнему положению ОБСЕ, безусловно, справедливы. Однако Москва все прошедшее десятилетие сама способствовала такому положению, напрасно надеясь на ОБСЕ как на альтернативу НАТО, предпочитая сохранять единство внутри организации любой ценой и забывая о том, что может воспрепятствовать невыгодным для себя решениям путем применения права вето.

  Публикации | Р о с с и я : мониторинг, анализ, прогноз | январь-декабрь 2004 г. № 21-22 | Международное положение России | Второе полугодие | Европейское направление

                                                         на главную        о проекте        права        пишите нам        вверх