новости | мнения экспертов | семинары | спецпроекты | публикации | информация | сотрудники | www-ссылки |


    Публикации | Р о с с и я : мониторинг, анализ, прогноз | январь-декабрь 2003 г. № 19-20 | Международное положение России | Первое полугодие | Содружество Независимых Государств

Содружество Независимых Государств

СНГ и иракская война. Еще до начала боевых действий в Ираке стало ясно, что единая позиция Содружества по поводу войны отсутствует и выработать ее невозможно. Из всех государств-членов СНГ только Белоруссия жестко, безоговорочно осудила нападение США и Великобритании на Ирак. Но в металлических нотах заявлений А.Лукашенко в адрес США чувствуется и определенный вызов Москве, которая якобы уклоняется от противостояния "американской агрессии". Узбекистан, Грузия и Азербайджан поддержали действия США, что дало Вашингтону повод предпринять усилия по возрождению почти заглохшей организации ГУУАМ (именно с упором на военный аспект сотрудничества).

Отказ Турции от размещения войск антииракской коалиции на своей территории во время боевых действий привлек дополнительное внимание США к более "преданным" (хотя и не состоящим пока в НАТО) странам - Грузии и Азербайджану. Незадолго до начала войны Грузия заключила с США соглашение о сотрудничестве в сфере обороны, предоставляющее самолетам и кораблям США право беспрепятственного пересечения границы Грузии и свободного передвижения по ее территории. Предусматривается безвизовый режим для американских военных инструкторов, свободное ношение ими огнестрельного оружия и освобождение их от уголовной ответственности в Грузии. Реакция России на это соглашение была запоздалой и невнятной и свидетельствовала об отсутствии четкой позиции Москвы в вопросе о том, как реагировать на активизацию сотрудничества ее соседей с США в военной области. Эта позиция базируется на двух взаимно конфликтующих приоритетах - необходимости активизации международного взаимодействия в борьбе с терроризмом и желании не допустить усиления чужого влияния на бывшие республики СССР.

Украина не зашла так далеко в поддержке американской акции, как вышеупомянутые страны, однако Л.Кучма использовал иракскую кампанию как шанс для того, чтобы спустить на тормозах скандал вокруг поставок Багдаду радарных систем "Кольчуга", улучшить свою пошатнувшуюся репутацию на Западе, а заодно перехватить инициативу у оппозиции, не теряющей надежды сместить президента. Ему удалось провести через парламент решение о передислокации украинского батальона радиологической, химической и биологической защиты в Кувейт. После окончания войны Украина решила направить свой контингент в Ирак для участия в силах по стабилизации в сектор, находящийся под юрисдикцией польского командования. Киев надеется также на то, что украинским компаниям (всего их около 80) достанутся контракты на восстановление Ирака. Одной из целей активного участия Украины в иракских делах является и возможная диверсификация поставок нефти и газа.

Государства, входящие в Договор о коллективной безопасности (за исключением Белоруссии), предпочли прямо не высказывать свое отношение к действиям США и Великобритании, что является свидетельством того, что у каждой из них есть свои основания не идти на конфликт с США. Казахстан заинтересован в продолжении каспийских нефтяных проектов. В Киргизии и Таджикистане размещены американские военнослужащие, приносящие в казну этих государств определенный доход. Россия же пока размещает в Таджикистане своих военнослужащих бесплатно, и логично, что у Душанбе возникает соблазн поторговаться с Москвой вокруг условий размещения ее баз в республике.

Новым моментом в закавказском раскладе сил стало согласие Армении на проведение в июне на своей территории военных учений с участием турецких подразделений в рамках программы "Партнерство ради мира". Ереван не скрывает, что НАТО является для него таким же приоритетным направлением сотрудничества, как и Россия.

Договор о коллективной безопасности и ЕврАзЭС. 26-28 апреля состоялся рабочий визит Президента РФ В.Путина в Таджикистан, в ходе которого прошли также саммиты Договора о коллективной безопасности и Евразийского экономического сообщества. Главный результат саммита ДКБ - превращение Договора в региональную военно-политическую организацию - Организацию договора коллективной безопасности. У нее будет свой объединенный штаб. Стороны согласились расширить льготный режим в торговле вооружениями и военной техникой (они будут продаваться по внутрироссийским ценам). Это один из рычагов, с помощью которого Россия надеется выдержать конкуренцию с западными странами, устанавливающими свое, по-видимому, долгосрочное военно-политическое присутствие в регионе и уже оказывающими здешним государствам немалую финансовую помощь. Внесены изменения в Протокол о составе и дислокации национальных формирований Коллективных сил быстрого развертывания - теперь их список будет дополнен аэродромом "Кант" близ Бишкека. России придется приложить еще больше ресурсов (особенно финансовых), чтобы поддерживать лояльность своих среднеазиатских союзников.

О том, с какими трудностями сталкивается Россия в стремлении укрепить свои военно-политические позиции в Содружестве, говорит тот факт, что на заседании Совета министров обороны государств-участников СНГ, которое состоялось в начале июня в Казахстане, представители прозападно настроенных государств (Азербайджана, Грузии, Узбекистана и Украины) не поддержали инициативу РФ об ужесточении контроля за продажей переносных зенитных ракетных комплексов (ПЗРК). И это несмотря на то, что проблема контроля за ПЗРК была в повестке дня саммита "большой восьмерки" в Эвиане, и там по этому поводу были приняты весьма жесткие рекомендации. По-видимому, одной из причин подобного поведения (правда, Украина после назначения Е.Марчука министром обороны и нажима со стороны России смягчила свою позицию по ПЗРК) является их нежелание "засвечивать" какие-то свои оружейные сделки. Возможно, что следы от некоторых ракет, сбивавших российские вертолеты в Чечне, приведут в ту или иную страну СНГ.

Новый интеграционный проект? На встрече в Москве 23 февраля лидеров четырех государств (России, Украины, Белоруссии и Казахстана) была достигнута договоренность о том, что к сентябрю будет подготовлено соглашение о создании единого экономического пространства. Участники встречи, кроме того, договорились о формировании совместной "Группы высокого уровня" с местоположением в Киеве и об учреждении наднационального органа - независимой межгосударственной комиссии по торговле и тарифам. Один из главных приоритетов, поставленных лидерами четырех государств, - выработка согласованной политики по вступлению в ВТО, синхронизация действий на этом направлении. Новое объединение будет называться Организацией региональной интеграции (ОРИ).

Остается вопрос: готовы ли члены новой организации вкладывать в нее реальное экономическое содержание, или за всем этим стоит некая политическая цель? Даже если взять наиболее "продвинутое" интеграционное объединение - Союз России и Белоруссии, - очевидно, что состыковка экономических механизмов идет крайне тяжело. Можно с уверенностью предположить, что московский саммит как-то был связан с текущей международной ситуацией, в частности, с перспективами транзита нефти и газа в Европу после иракской войны. Кроме того, лидеры Украины, Белоруссии и Казахстана, понимая, что их репутация на Западе оставляет желать лучшего, а противодействовать российским олигархам в приватизации собственности на территории их стран все труднее, согласились пойти на это, пока мало обязывающее их, объединение. Участие в нем Украины уже позволяет предположить, насколько оно будет эффективным. Не ясно также, как ОРИ будет сочетаться - по крайней мере, для России - с Евразийским экономическим сообществом (Таджикистан и Киргизия, входящие в ЕврАзЭС, не были приглашены в число учредителей ОРИ).

Обострение отношений с Туркменистаном стало главной неудачей России на постсоветском пространстве в минувшем полугодии. Причиной для него стало решение С.Ниязова отменить соглашение с Россией о двойном гражданстве и последовавший за ним произвол в отношении российских граждан в Туркменистане. Россия согласилась на отмену этого соглашения и одновременно, в апреле, заключила с Ашхабадом соглашение о поставках газа. Однако вскоре выяснилось, что стороны по-разному трактуют подписанный протокол об отмене двойного гражданства. Туркменская сторона потребовала у обладателей двойного гражданства в двухмесячный срок сделать выбор в пользу той или иной страны, в то время как Россия считает, что те, кто уже имеет такое гражданство, не должны его лишаться.

Вскоре после этого последовал внезапный всплеск интереса к "туркменскому вопросу" со стороны Государственной Думы. Председатель Комитета по международным делам Д.Рогозин обвинил Ниязова в причастности к наркоторговле и продаже оружия талибам (эти обвинения уже несколько лет озвучиваются туркменскими эмигрантами). Складывается впечатление, что российская общественность только сейчас распознала характер существующего в Туркмении режима, отношения с которым определяются исключительно интересами нефтегазового лобби. Даже после того как разгорелся скандал и появились сообщения, что туркменские власти выселяют обладателей российских паспортов из своих домов, МИД России и посольство РФ в Ашхабаде продолжали голословно утверждать, что ничего страшного не происходит. В это же самое время официальный Ашхабад публично выступал с обвинениями в адрес российского руководства и высказывал сомнения в его способности "контролировать происходящее на собственной территории".

В ходе своей пресс-конференции 20 июня Президент В.Путин заявил, что не нужно использовать эту тему для популяризации себя самих, для самораскрутки, особенно в период предвыборных кампаний и внутриполитических событий в самой России. Действовать "нужно крайне интеллигентно", "не разрушая ткань наших межгосударственных отношений со странами, где проживают наши соотечественники, а укрепляя межгосударственные отношения и связи". Проблема, однако, в том, что "Туркменбаши" воспринимает эту "интеллигентность" как признак слабости и отсутствия у России какой-либо консолидированной линии. Ошибка (если данный термин уместен) России в этом вопросе заключается в допущении ею самой возможности обменивать газ на граждан, преследуя при этом исключительно интересы отдельных корпораций.

Трудно не согласиться с предположениями о том, что интерес российской политической элиты к правам человека в Туркмении проявился в связи с определенными геополитическими факторами, прежде всего экспансией США в регионе Ближнего Востока и Центральной Азии, провозглашением Вашингтоном доктрины "демократизации" исламского мира. Однако, даже если Россия попытается предпринять собственные усилия по изменению характера режима в Туркменистане (не обязательно по иракскому образцу), вряд ли новый режим будет пророссийским.


  Публикации | Р о с с и я : мониторинг, анализ, прогноз | январь-декабрь 2003 г. № 19-20 | Международное положение России | Первое полугодие | Содружество Независимых Государств

                                                         на главную        о проекте        права        пишите нам        вверх