новости | мнения экспертов | семинары | спецпроекты | публикации | информация | сотрудники | www-ссылки |


   Публикации | Р о с с и я : мониторинг, анализ, прогноз | июль-декабрь 2002 г. № 18 | Основные тенденции внутриполитического развития | Российско-американские отношения

РОССИЙСКО-АМЕРИКАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ

Во втором полугодии весьма активный характер носили российско-американские консультации по вопросам стратегической стабильности и борьбы с терроризмом. Развитие ситуации в Афганистане и вокруг Ирака, теракты в Москве и на индонезийском острове Бали, в результате которых погибло много людей, как и некоторые другие события, заставляли Россию и США тесно координировать свои усилия в рамках глобальной антитеррористической кампании. Переговоры 26 июля в Вашингтоне замминистра иностранных дел РФ В.Трубникова с заместителем госсекретаря США Р.Армитиджем послужили отправной точкой в работе двусторонней Комиссии по противодействию терроризму, которая была учреждена вместо прежней рабочей группы по Афганистану. Глава российской делегации на этих переговора заявил, что Москва располагает сведениями о стремлении "Аль-Каиды" получить доступ к ОМУ.

Хотя в публичной политике администрация Дж.Буша порой вынуждена подыгрывать общественным настроениям по "чеченскому вопросу", именно позиция США, а не Европы, во многих аспектах антитеррористической борьбы в большей мере отвечает российским интересам. Россию и США объединяет понимание необходимости решительных действий по разгрому центров международного терроризма, поскольку продолжают действовать глобальные террористические сети. Поэтому они придают большое значение силовому аспекту решения проблемы. Москва и Вашингтон обмениваются разведывательной и военной информацией по ситуации в Афганистане и соседнем Пакистане, на территории которого пытаются укрыться остатки "Аль-Каиды". Они координируют свою политику в поддержку афганского правительства Х.Карзая. Эти вопросы, наряду с проблемами стратегических вооружений и глобальной стабильности, находились в центре внимания на первом заседании двусторонней Консультативной группы по стратегической безопасности на уровне министров обороны и иностранных дел, которое состоялось 20 сентября в Вашингтоне.

Хотя в своем подходе к проблеме борьбы с международным терроризмом стороны придерживаются схожих взглядов, но их оценки ситуации в отдельных странах порой разнятся - это касается и Ирака, и отчасти урегулирования в Чечне. На неформальной встрече в Царском Селе 22 ноября 2002 г. Дж.Буш высказал признательность В.В.Путину за российский вклад в борьбу с международным терроризмом, за совместную работу двух стран, приведшую к единогласному принятию Советом Безопасности ООН резолюции № 1441 по Ираку. Он поддержал все действия российских властей по освобождению заложников в ДК на Дубровке. Лидеры РФ и США подписали совместное Заявление, призывая Багдад полностью выполнить резолюцию № 1441 и все ранее принятые решения СБ ООН. Вашингтону было важно включить в совместный российско-американский документ тот же ультиматум, который содержится в упомянутой резолюции Совбеза, - если Ирак не будет сотрудничать c ООН в полном объеме и не выполнит свои обязательства по разоружению, он столкнется с серьезными последствиями (как доказательство согласия Москвы с американской линий в отношении Багдада, при том что позиции РФ и США далеко не во всем совпадают; подробнее см. ниже).

Тем не менее, Москва, конечно, не считает Ирак главной угрозой в связи с распространением ОМУ, находя подобные опасения Вашингтона преувеличенными. В.В.Путин обратил внимание президента Дж.Буша на то, что угроза получения террористами доступа к ОМУ гораздо более вероятна в Пакистане, а не в Ираке, и что, скорее, Эр-Рияду, чем Багдаду следует предъявить претензии за попустительство международному терроризму, по меньшей мере - в финансовом аспекте данной проблемы. Москва указывает на несбалансированность американского подхода: чрезмерно сосредоточившись на "иракской проблеме", отчасти в результате и самовнушения, США могут недооценить или вовсе упустить из поля зрения гораздо более опасные и злободневные аспекты террористической угрозы. Ясно, что в российском списке террористических угроз Ирак занимает далеко не первое место, если он там вообще фигурирует. Эти разногласия не перечеркивают взаимопонимания России и США по сути самой проблемы борьбы с терроризмом и не создают непреодолимых препятствий для их взаимодействия. Более того, именно в этом вопросе российско-американское партнерство отличается наиболее высоким уровнем взаимного доверия.

Военно-техническое и ядерное сотрудничество России и Ирана по-прежнему является наиболее серьезным раздражителем в российско-американских отношениях. Вашингтон обвиняет Иран в поддержке терроризма, в частности мусульманских террористических организаций на Ближнем Востоке. Особенно его беспокоит якобы ведущиеся Тегераном тайные разработки ядерного оружия. По оценкам ЦРУ, Ирану потребуется еще 7 лет для создания ядерного боезаряда, израильские спецслужбы оценивают этот срок в 5 лет. Вашингтон продолжает обвинять Москву в пособничестве ядерным амбициям Тегерана, хотя не предоставляет конкретных доказательств того, что Иран может использовать в военных целях технологии, которые поставляет Россия для строительства АЭС в Бушере. РФ утверждает, что, сотрудничая с Тегераном, она соблюдает все свои международные обязательства. В результате визита главы Минатома А.Румянцева в Тегеран 23 декабря было подписано соглашение о поставках российского ядерного топлива для АЭС в Бушере и возвращении в Россию отработанного ядерного топлива - а именно на отсутствие последнего условия США указывали как на доказательство намерения Ирана использовать строящийся реактор для наработки оружейных ядерных материалов. Россия рассматривает возможность значительного расширения сотрудничества с Ираном в области энергетики. Она предложила Тегерану рассчитанную на 10 лет программу, предусматривающую строительство еще пяти атомных реакторов в дополнение к Бушерскому проекту.

У США сохраняются опасения по поводу утечки российских ядерных технологий и ноу-хау в Иран. В прошедшем полугодии они ввели санкции против ряда российских предприятий и институтов, подозреваемых в такого рода связях с Тегераном. Вашингтон ищет экономические стимулы, чтобы побудить Москву к свертыванию сотрудничества с Ираном, обещая, в частности, положительно рассмотреть вопрос о передаче ей на хранение отработанного реакторного топлива, которое находится у третьих стран, в рамках сделки, по которой потенциально Россия может получить свыше 10 млрд долл., если прекратит сотрудничество с иранцами в ядерной области.

России приходится считаться с американской позицией. Она пытается соизмерять противоречивые интересы различных сторон и воздерживается от положительного ответа на просьбу Ирана о продаже комплексов ПВО "С-300" и другого современного вооружения. Расширяя ядерное сотрудничество с Ираном, Россия не может бесконечно отмахиваться от американской озабоченности. Если Тегерану важно это сотрудничество, он должен согласиться с обсуждением идеи новых мер контроля в дополнение к контрольным механизмам МАГАТЭ, которые явно недостаточны, как показал опыт с Ираком, в предотвращении тайных разработок ядерного оружия. Отказ России рассматривать подобные предложения (даже если их инициаторами выступают американцы) может вызвать сомнения в искренности ее усилий в деле ядерного нераспространения.

Проблема сокращения стратегических вооружений. Направляя на ратификацию в Сенат российско-американский Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов (ДССНП), президент Дж.Буш в сопроводительном письме указал, что США осуществляют планирование, определяют параметры и поддерживают вооруженные силы при понимании того, что Россия является отныне не врагом, а другом. Выступавшие на сенатских слушаниях госсекретарь К.Пауэлл, министр обороны Д.Рамсфельд, председатель Комитета начальников штабов генерал Р.Майерс призвали законодателей одобрить ДССНП. Московский договор является документом по контролю над вооружениями нового типа, который отражает качественно иной характер отношений между его участниками по сравнению с периодом холодной войны. Однако критики в обеих странах указывают на то, что складирование сокращаемых вооружений без их фактической утилизации может в значительной мере девальвировать ценность договора.

Несмотря на заявления о новом позитивном качестве российско-американских отношений, в администрации Дж.Буша есть немало тех, кто не поддерживает, например, инициативы американских законодателей, предлагающих увеличить оказание финансовой помощи России, чтобы хотя бы немного облегчить бремя ее обязательств по утилизации списанного ОМУ. Так, министр обороны Д.Рамсфельд и некоторые другие представители МО США скептически отнеслись к расширению финансирования в рамках программы Нанна-Лугара, считая, что если РФ не хватает средств для выполнения своих разоруженческих обязательств, она не должна вкладывать столько ресурсов в создание новых, более совершенных видов вооружений.

Проблема ПРО. 17 декабря президент Дж.Буш объявил о том, что отдал распоряжение о начале развертывания первой очереди наземной системы ПРО в 2003 г. для защиты США, их друзей и союзников. Предполагается к 2004 г. поставить на боевое дежурство 10 ракет-перехватчиков на Аляске (в Форт-Грили) и провести модернизацию двух крупных РЛС, расположенных в Гренландии и Великобритании. Решение носит политический характер: Дж.Буш демонстрирует приверженность данному им предвыборному обещанию, поскольку техническая разработка эффективной системы ПРО далека от завершения.

Администрация Дж.Буша ведет речь не о национальной, а о глобальной американской системе ПРО, которая в перспективе должна обеспечить защиту от баллистических ракет в любом регионе мира, где это будет необходимо с точки зрения интересов США. Предполагается, что создаваемая система должна быть способна отразить ракетное нападение не только со стороны Китая или Северной Кореи, но и из других регионов, включая Средний и Ближний Восток. В 2002 финансовом году на эти цели выделяется более 7 млрд долл.

17 декабря США официально обратились к Дании и Великобритании с просьбой о модернизации двух крупных РЛС, расположенных, соответственно, в Туле (Гренландия) и в Файлингдейлз. Эти радарные системы с момента своего создания всегда были составной частью американской системы ПРО. Еще летом представители МО США начали вести предварительные консультации с американскими союзниками в Европе и Азии по вопросам сотрудничества в НИОКР по ПРО и возможности развертывания американских РЛС и пусковых установок противоракет на их территории. По сообщениям американской прессы, речь шла о Турции и некоторых странах Центральной Европы.

Перед принятием своего решения о развертывании системы ПРО США не обсуждали его с Россией, во всяком случае открыто, хотя какое-то уведомление, видимо, все же было направлено. Официальная реакция российского МИДа была сдержанной и сводилась к выражению сожаления по поводу попыток США возродить концепцию глобальной ПРО. Партнерство с Россией в борьбе с международным терроризмом не является фактором, который мог бы удержать США от решений, принимаемых исходя из американских интересов. Новые планы РФ по развитию своих СЯС, во многом отличающиеся от обещаний по сокращению, которые давались в 2000 г., тоже были изменены в соответствии с российскими национальными интересами. Так, "тяжелые" МБР "СС-18" ("Сатана") останутся до полного истечения срока своей эксплуатации, возможно, даже продленного сверх нормативного времени.

По словам помощника Президента РФ маршала И.Сергеева, Вашингтон не представил никаких гарантий того, что развертывание ПРО не приведет к снижению эффективности стратегических ядерных сил России. В этом факте вряд ли стоит искать какой-то подвох с американской стороны, ведь сами американцы не могут сейчас знать заранее, что в реальности у них получится с этой затеей. Тем более, что Дж.Бушу вовсе не гарантировано переизбрание на второй президентский срок.

Тем временем представители "Боинга" заявили о готовности этой корпорации сотрудничать с предприятиями российского ВПК в случае принятия политического решения о совместных работах по ПРО. Они видят хорошие перспективы такой кооперации с точки зрения технической и технологической взаимодополняемости разработок обеих сторон. Вопрос о сотрудничестве по ПРО должен рассматриваться в общем контексте внешнеполитических и военно-технических потребностей прежде всего самой России. Широкомасштабное сотрудничество может оказаться весьма обременительным, если потребуется отвлечение значительных ресурсов от более важных задач, ведь российские и американские приоритеты весьма различны.

Кооперация или даже объединение возможностей России и США (а также Европы) в области ПРО способны во много раз крепче привязать их друг к другу в области безопасности, чем какие-либо иные совместные оборонные проекты и, тем более, политические декларации. Хотя в отношении распространения ОМУ Россия и США находятся по одну сторону баррикад, различия в их потребностях и возможностях таковы, что, как и в случае борьбы с международным терроризмом, настоящее сотрудничество по ПРО возможно лишь в результате столь же мощного (сопоставимого по силе воздействия) внешнего толчка, который способен кардинально изменить как их приоритеты, так и само восприятие угрозы.

В области экономического сотрудничества наиболее динамично развивался энергодиалог. После событий 11 сентября США стремятся ослабить свою зависимость от арабской нефти и отношений с основным поставщиком, Саудовской Аравией. В своей энергетической стратегии администрация Дж.Буша делает ставку на максимальную диверсификацию источников получения энергосырья, и партнерство с Россией она рассматривает как один из еще не освоенных ресурсов. США хотят подстраховаться на случай гипотетического бойкота со стороны арабских нефтедобывающих государств или же на случай серьезных разбирательств с последними.

В ходе визита американского министра энергетики С.Абрахама в Москву в августе и первого российско-американского "энергетического саммита", проходившего в начале октября в Хьюстоне, прорабатывались проекты, связанные с разведкой нефтяных и газовых месторождений у Арктического побережья Восточной Сибири, транспортировкой энергоресурсов в США ледокольными танкерами через Северный полюс. Обсуждалась и возможность привлечения американских компаний к оказанию помощи в расширении российских нефтетранспортных коммуникаций, которые не справляются со все более растущим объемом добычи нефти. Однако задача состоит в привлечении не только американских инвестиций в эти проекты, но и американских технологий и ноу-хау, а здесь еще сохраняются некоторые барьеры.

Подписанное президентами России и США 22 ноября 2002 г. Заявление о развитии российско-американского энергодиалога предусматривает возможность увеличения экспорта российской нефти в Соединенные Штаты. В настоящее время экспорт нефти из России обеспечивает менее 1% американских потребностей в энергоресурсах. В перспективе Россия сможет в лучшем случае покрывать не более 10-12% нужд США в этом сырье, а следовательно, не сможет стать полноценной альтернативой нефтепоставкам из региона Ближнего Востока.

Российско-американское сотрудничество в экономической сфере, частью которого является энергодиалог, по-прежнему нуждается в наполнении конкретным содержанием. Оно заметно отстает от политического диалога. Это несоответствие связано с тем, что если в политике многое определяется волей руководителей стран, то в экономике правят бал объективные факторы и законы - капитал движется туда, где для него существуют благоприятные условия, причем не только чисто экономические, но и правовые, инфраструктурные, административные и т.д. Ситуация в России этим критериям еще во многом не соответствует, что сдерживает темпы интеграции РФ в мировую экономику и заставляет американский бизнес проявлять осторожность. В то же время есть вопросы экономического сотрудничества, такие как отмена поправки Джексона-Вэника, условия приема РФ в ВТО, снятие ограничений на экспорт в Россию американских наукоемких технологий и т.д., которые требуют активного лоббирования со стороны американского правительства, в том числе в Конгрессе, и настойчивых усилий с российской стороны.


 Публикации | Р о с с и я : мониторинг, анализ, прогноз | июль-декабрь 2002 г. № 18 | Основные тенденции внутриполитического развития | Российско-американские отношения

                                                         на главную        о проекте        права        пишите нам        вверх