КОАЛИЦИЯ, СТАВШАЯ ОППОЗИЦИЕЙ САМОЙ СЕБЕ

«Коалиция Путина» не являлась итогом компромисса, результатом консенсуса вокруг общего понимания неких общенациональных целей, а была стихийно возникшим конгломератом с разными корпоративными целя­ми. Ее существование объективно ограничивало возможности для проведения президентской властью инициативной политики и толкало главу государства к воспроизведению логики правления пос­ледних лет Ельцина. Разнородный характер властной коалиции мешал В.Путину расширить собственную ресурс­­­ную базу. Он вынужден был пользоваться «заемными» ресурсами, что также затруд­няло преодоление ельцинской системы властных отношений. В предшествующую эпоху в пе­риоды различных мобилизаций глава государства «зани­мал» ресур­сы у региональных лидеров и «олигархов» в обмен на делегирование им новых преференций. Примечательно, что Президент В.Путин в тече­ние рассматриваемого периода так и не решился на радикальное измене­ние своей коалиции, хотя на уровне непубличной политики борьба за влияние внутри нее не прекращалась.

Развитие клановых амбиций подталкивало В.Путина к реструктурированию политического поля. Для «семьи» и либерального истеблишмента главной задачей, унаследованной от ельцинской эпохи, являлось преодоление региональной раздробленности, местного «феодализма», который стал основным препятствием для консолидации федеральной экономики. Спецслужбы увидели в этой цели свою собственную политическую задачу, связанную с сохранением целостности и неделимости России.

В течение всего лета двухтысячного года наблюдалось слаженное взаимо­действие разнородных сил, которые иногда входили в клинч, но затем договари­вались друг с другом на почве общих интересов. Очевидно, что почвой в дан­ном случае были регионы, а направлением активности — борьба с барьерами, воздвигнутыми местными элитами на пути экспансии столичного капитала.

Вместе с тем, легко заметить, что при всей своей преемственности, эта линия радикально отличалась от предшествующего курса, который фактически до лета 1999 года исходила из известного тезиса Б.Ельцина о суверенитетах. А именно о том, что их можно брать «столько, сколько влезет в мешок». Так, незадолго до процедуры импичмента в Думе, а затем и после нее Б.Ельцин намекал, что регионы могут забрать у него практически все, лишь бы только оставили ему спокойную старость.

В.Путин уже через год после ельцинских откровений начал иные процедуры и объявил своеобразный импичмент регионам, отобрав у губернаторов их региональное полновластие и заложив фундамент для нового административного устройства страны.

Парадокс возникшей ситуации состоял однако в том, что практически ни одна из группировок, которые выступили в качестве основания и базы власти режима В.Путина, не была удовлетворена происшедшими переменами.

Отдельные члены «семьи», в частности — Р.Абрамович и близкие к нему О.Де­ри­пас­­ка, И.Махмудов, А.Мамут, М.Черной, А.Козицын, воспользовались в своих клановых целях устранением ряда барьеров. Они начали выстраивать хозяйст­венную империю, одна­ко не­ожиданно для себя оказались под «рентгеновским» лучом государства и спецслужб.

Либералы, как в Думе, так и вне нее, вскоре обнаружили, что их борьба за «единое правовое пространство» оборачивается против них, а СМИ, на поддержку которых правые возлагали большие надежды, стали мишенью кремлевской «тирании».