новости | мнения экспертов | семинары | спецпроекты | публикации | информация | сотрудники | www-ссылки |


   Публикации | Р о с с и я : мониторинг, анализ, прогноз | первое полугодие 1995 г. № 3 | Экономические итоги полугодия

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ИТОГИ ПОЛУГОДИЯ

Основные экономические события первого полугодия таковы:

  • принятие Федеральным Собранием в относительно короткие сроки федерального бюджета;
  • получение от МВФ кредитов;
  • слухи о возможной фиксации курса рубля по отношению к доллару;
  • резкая инфляция зимних месяцев и ее некоторое смягчение на фоне укрепления рубля на валютной бирже;
  • наводнение финансового рынка государственными облигациями и обязательствами;
  • увеличение нормы обязательного резервирования для коммерческих банков;
  • ряд неудачных попыток Т.Парамоновой утвердиться в должности председателя Центробанка без приставки "и.о.";
  • предложение банковского консорциума помочь госбюджету изъятыми у государства же деньгами;
  • превращение фондового рынка в средство передела и захвата собственности.

При анализе официальных оценок итогов полугодия следует иметь в виду, что 1995 год - год предвыборной кампании, в которой непосредственное участие принимает правительство "правоцентристский" блок "Наш дом - Россия". Естественно, малейшие сдвиги в лучшую сторону в экономике будут несоизмеримо преувеличиваться. Большинство экспертов-профессионалов к пропагандируемым "признакам стабилизации" относится скептически, пытаясь разгадать игру Центробанка и ее экономические последствия, поскольку политические цели прозрачны. Успехи в сфере материального производства даже по официальным данным столь незначительны, что их можно отнести просто на счет более скрупулезной работы органов статистики, обнаруживших однопроцентный прирост объемов промышленного производства и несколько предприятий-передовиков. Надо сказать, что в продолжающей свое существование у нас криминальной экономике компетентные органы могли бы найти гораздо больше, чем штатские статистики, такого рода "адаптировавшихся к условиям рынка" передовых предприятий. Кроме того, при 55% спада производства материальное наполнение одного процента роста должно бы потеряться по обычным правилам округления цифр после запятой.

Относительно экономических итогов, представленных в официальной статистике, можно отметить следующее:

  • при исключении так называемых сезонных волн (а это -элементарное требование к статистической корректности, если речь идет о вычислении индексов производства) правомерно, в лучшем случае, говорить о некотором снижении темпов спада промышленного производства, но никак не о каком-либо его приросте;
  • рапорты о снижении темпов инфляции, определяемой по индексам розничных цен потребительских товаров (у нас корзина таких товаров состоит всего из 19 наименований, тогда как, например, во Франции - из 600), следует, наоборот, анализировать с учетом того, что структура отечественной экономики достигла той степени примитивизма, когда резкие спады уже и технически не могут иметь место;
  • тем не менее, возможности продолжения спада совершенно исключать не следует: рентабельность предприятий составляет 5-7%, расчетные счета оголены, неплатежи кое-как ослабляются всякого рода заменителями денег, практически полностью отсутствуют прямые инвестиции, сохраняется жесткая налоговая политика (речь идет даже не об абсолютных размерах налогов, а о стадии производственного цикла, на которой они взимаются);
  • падение курса доллара по отношению к рублю на фоне продолжающейся инфляции свидетельствует о некоей искусственности процесса: если каналы денежного обращения переполнены денежной массой (в условиях России - не важно, какой - рублевой или долларовой), то инфляция неизбежна; следовательно, вопреки уверениям Центробанка осуществляется кредитная подпитка бюджетных дыр, хотя по жесткости денежной политики правительство перевыполняет обязательства, взятые в период принятия бюджета;
  • имеются сведения о том, что часть доходов бюджета финансировалась средствами, полученными на мировом рынке драгоценных металлов. По неофициальным данным (в этом году введен режим секретности на открытую публикацию ряда ключевых макроэкономических показателей), денежная масса в апреле была увеличена на 25%. Хотя эта эмиссия вроде бы обеспечена валютными резервами, ее последствия с некоторым временным запаздыванием проявятся в виде дальнейшей инфляции, которую можно будет сбивать путем повышения спроса на ценные бумаги и валюту. Иначе говоря, снижение курса доллара к рублю достижение весьма хрупкое;
  • политика укрепления рубля столь резкими темпами не менее опасна, чем столь же быстрое понижение его курса. Рано или поздно следует ожидать сильнейшего давления на правительство со стороны отраслей-экспортеров, благодаря работе которых уровень промышленного производства в стране не упал до 10-15% от уровня 1991 г. Угнетение экспорта влечет за собой повышение внутренних цен, например, на энергоресурсы, для восполнения рублевых потерь из-за падения курса доллара. Игра с курсом направлена и на аккумуляцию валютных средств населения для подпитки бюджета (разумная часть граждан, впрочем, не спешит попасться на этот крючок и ждет осени). Цель правительственной политики - снизить инфляцию до фантастически низкого уровня - не достигнута.

Нынешняя финансовая стабилизация представляется поверхностной в том смысле, что не находит необходимой поддержки в производящем секторе экономики. Поэтому велика вероятность, что падение курса доллара прекратится уже в августе текущего года, хотя ради политических целей курс могут удерживать в пределах 4-5 тысяч рублей за доллар и до конца года. Правительственная политика денежного сжатия к лету не сбила

инфляцию спроса, которая выражается в росте розничных цен. Вместо этого стала раскручиваться так называемая инфляция издержек, проявляющаяся в росте оптовых цен и подрывающая именно производственный сектор, делающая его невыгодным для прямого инвестирования, порождающая неплатежи, банкротства и недогрузку производственных мощностей. Разумеется, ни о какой структурной перестройке в этих условиях не может быть и речи.

Смысл работы Центробанка состоит, по-видимому, в том, чтобы сделать малопривлекательным прежде всего валютный сегмент финансового рынка и перевести рублевые ресурсы на рынок ГКО, призванный, по первоначальному замыслу, подкормить бюджет (так называемое безинфляционное, по американскому образцу, финансирование дефицита бюджета). Действительно, пока проводить операции на валютном рынке могут себе позволить только крупные банки. Недавно на Межбанковской валютной бирже введены правила, затрудняющие игру на понижение курса. Средние и мелкие коммерческие банки устремляют свои рублевые ресурсы на рынок ГКО. В результате он становится бездоходным для покупателей гособлигаций и обязательств, прибыльность которых составляет чуть более 4 /о при официальной инфляции в 8%.

Иначе говоря, ГКО приобретаются с убытками. Тем не менее -приобретаются, поскольку это все равно выгоднее вложений в производственную сферу, а при дешевом межбанковском краткосрочном кредите позволяет проводить спекулятивные операции "на коротких волнах конъюнктуры". Государство через обрушение доллара изымает рубли путем размещения ГКО, а сдерживать инфляцию, помимо прочего, пытается увеличением нормы обязательного резервирования средств коммерческих банков до 20 /о. Но таким путем сбить инфляцию не удается, а изымаемая рублевая масса направляется на непроизводительные расходы, в том числе на содержание госаппарата.

Все эти манипуляции не имеют, конечно, ни малейшего отношения к инвестиционному перелому , финансовой стабилизации, мосту к экономическому росту и прочей риторике периода принятия федерального бюджета. Следует особо отметить высокую чувствительность сегментов финансового рынка, на котором государство выстраивает мавродиевы пирамиды, к колебаниям курса валюты. Рублевые средства поэтому могут столь же стремительно переместиться с рынка ГКО на более привычный валютный рынок. Но пока что государство продолжает играть пирамиду именно на рынке ГКО. Надо сказать, что качество рынка ценных бумаг требует определенного соотношения на нем бумаг государственного размещения и частных. Если доля государственных ценных бумаг чрезмерна, а дело идет к этому, то рынок ценных бумаг разрушается. На практике операции с ГКО привели пока что к росту спекуляции, к отвлечению инвестиции от производственной сферы, к увеличению кредитной эмиссии для обслуживания этого рынка, поскольку главнейшим покупателем здесь в конечном счете выступает Центробанк.

Официальные источники делают упор на то, что положение в мае лучше, чем в апреле текущего года. Более важно, однако, оценить экономическую ситуацию первого полугодия 1995 г. в сравнении с тем же периодом прошлого года. Тут-то выясняется, что нынешнее полугодие ничем не лучше, объем промышленной продукции меньше на 4%, розничный товарооборот - на 7%, доходы населения ниже на 5 /о. Единственная внушающая оптимизм позиция - ввод в действие жилых домов: их в первом полугодии текущего года введено на '12% больше, чем в тот же период прошлого. Много это или мало? Жилищное строительство может выступать в роли "локомотива" экономического подъема. Если же при развертывании жилищного строительства видимого оживления смежных отраслей не наблюдается, то либо оно ведется не в столь значительных масштабах, либо используются импортные стройматериалы и рабочая сила.

Общий фон состояния производственной сферы в стране, по мнению большинства экспертов, пока оптимизма не внушает, особенно - перерабатывающего сектора. Это отражает специфику экономических реформ, ориентированных на достижение первичной финансовой стабилизации, после чего экономический подъем должен начаться автоматически. В чистом виде эта схема нигде в мире не срабатывала, в том числе в самых примитивных экономиках. Резкий спад при нынешней структуре российского хозяйства возможен, пожалуй, только в аграрном секторе - 15% за год. Меры по госпротекционизму (увеличение ввозных тарифов) явно запоздали, поскольку ни к чему, кроме подъема цен на продовольствие в крупных городах, не приведут. Известно, что наш аграрный комплекс технически слабо оснащен, поэтому госпротекционизм должен совмещать гибкую тарифную политику с модернизацией производства - в противном случае можно ожидать дефицита продовольствия. Нельзя всю политику по отношению к АПК сводить только к резкому ограничению импорта.

Энергоемкость промышленного производства выросла по сравнению с 1990 г. (в удельном выражении) на одну треть, что представляет собой очередную загадку нашей экономической действительности, ибо увеличение энергоемкости в индустриальных странах сопровождается обычно ростом производительности труда. Впрочем, в экономике с угнетенным перерабатывающим сектором могут действовать иные закономерности: топливно-энергетический комплекс сам по себе энергоемок, а о цветной и черной металлургии и говорить нечего. Сфера высоких технологий, как известно, оказалась в весьма запущенном состоянии, в связи с чем возникает вопрос, каким образом мы сможем после пресловутой финансовой стабилизации претендовать на достойное место в постиндустриальной "семерке". Что касается нашей легкой промышленности, то ее, по сути дела, уже как бы и не существует.

В связи с падением курса доллара в тяжелое положение попадают нуждающиеся в иностранных инвестициях экспортно-ориентированные добывающие отрасли промышленности, поскольку капиталы из-за рубежа притекают в страны, в которых национальная валюта обесценена (девальвирована). В связи с кризисом неплатежей создался заколдованный круг во взаимоотношениях экспортирующих добывающих отраслей с отечественными производителями оборудования. Ряд предприятий ВПК освоил производство некоторых дефицитных видов нефтедобывающего оборудования, которое не уступает зарубежным аналогам, но гораздо дешевле. Но его приобретение отечественными нефтяниками требует конвертации валютной выручки с переводом ее на расчетные счета, которые тотчас опустошаются кредиторами и налоговыми службами. Поэтому оказывается выгоднее переплачивать за рубежом вырученной от продажи нефти валютой за импортное, вместо того чтобы покупать отечественное. Другими словами, даже при наличии спроса наладить нормальные рыночные отношения с машиностроением не удается.

Если говорить о перспективах кредитования производственной сферы, то они остаются столь же призрачными, как и в прошлом году, несмотря на всю "жесткость" правительственного курса. Сама по себе эта сфера мало привлекает (производительность труда в ней с 1990 г. снизилась почти вдвое). Доходность вложений в посредничество и проведение операций на финансовом рынке в 4 раза выше, чем в производство. Во имя сбалансирования бюджета вероятно и полное разрушение фондового рынка, если государство решит выбросить на него в короткий срок свои пакеты акций крупнейших предприятий. Другим следствием такого мероприятия станет потеря даже минимального контроля над производственной сферой. С точки зрения конечной цели форсированной либерализации это для экономики, может быть, и губительно, но зато вполне логично. Если же учесть, что страна пытается пройти пик модернизационного процесса, то такая потеря контроля беспрецедентна в мировой практике - все без исключения страны, добившиеся каких-то модернизационных успехов, от госвмешательства полностью не отказывались. В той или иной форме оно имеет место везде. Возможный уход государства означает отказ от принципа модернизируемой экономики, который гласит: то, что не по силам частнику, берет на себя государство, и наоборот. По мере укрепления частного сектора государство оставляет за собой малоприбыльные и высоко/трудоемкие сферы, несущие инфраструктурные и социальные нагрузки.

До последнего времени качество российского рынка остается низким, хотя были приняты разного рода нормативные акты и постановления о создании финансово-промышленных групп крупных корпораций. Ряд ФПГ зачастую представляет собой фиктивные образования, организуемые для достижения частных целей участников и получения дополнительных льгот. Есть, конечно, и более или менее положительные примеры. Так, в нефтяном комплексе уже третий год работают вертикально интегрированные компании, количество которых неуклонно возрастает. Они объединяют цепочки предприятий от стадии разведки до сбыта конечных продуктов.

Эти компании постепенно восстанавливают ранее нарушенные технологические и экономические связи, интегрируют экономическое пространство не только России, но и стран ближнего зарубежья. Идет транснационализация таких компаний и диверсификация по сферам деятельности. С определенным опозданием до властей, наконец, дошло, что в современном мире конкурентоспособность национальных экономик возможна только при наличии слоя крупных и крупнейших корпорации, в том числе транснационального типа, пользующихся покровительством государства как внутри страны, так и за рубежом.

Основной итог полугодовой экономической деятельности правительства - это все-таки обвал доллара по отношению к рублю, за чем последует, по чисто экономической логике, обострение хозяйственной ситуации в стране. Президент, комментируя вотум недоверия правительству, объявленный Государственной Думой, предупредил, что страна вступит в 1996 год со множеством серьезных экономических проблем, включая даже нищету. Парадокс в том, что Президент обронил свою фразу о хозяйственных трудностях, защищая министров от нападок депутатского корпуса.

Политика обрушения доллара на фоне продолжающейся инфляции привела к резкому ухудшению экономического положения и тех, кто имеет доллары, и тех, кто пользуется рублями. Дальнейшее повышение цен, если основываться на тенденциях сегодняшнего дня, неизбежно: уборочная страда потребует денежных вливаний, отпущенные оптовые цены на нефть и нефтепродукты вскоре окажут влияние на цены конечных продуктов, подъем импортных тарифов на продовольствие также будет способствовать росту цен, паритет цен на отечественное зерно занижен по отношению к промышленной продукции (к горюче-смазочным материалам - чуть ли не в 5-7 раз). К сожалению, налицо объективные основания для нового витка инфляции и резкого падения курса рубля по отношению к доллару уже осенью текущего года. Кстати, новое бюджетное послание Президента один к одному повторяет задачи и цели, сформулированные в бюджетном послании 1995 г. Напрашивается вывод, что цели экономической политики текущего года достигнуты в полной мере не будут.

 Публикации | Р о с с и я : мониторинг, анализ, прогноз | первое полугодие 1995 г. № 3 | Экономические итоги полугодия

                                                         на главную        о проекте        права        пишите нам        вверх