новости | мнения экспертов | семинары | спецпроекты | публикации | информация | сотрудники | www-ссылки |


   Публикации | Представительная власть: мониторинг, анализ, информация | 1996. — № 8 (15) | Политический процесс | Поднимется ли Россия?


А.А.Силин

ПОДНИМЕТСЯ ЛИ РОССИЯ?


В публицистике давно уже вошло в привычку сравнивать государство с живым организмом. Со строго научной точки зрения подобные сравнения — вовсе не плод литературной фантазии и не аллегория. В трудах таких выдающихся ученых ХХ века, как Тейяр де Шарден, Владимир Вернадский и Питер Рассел, социум-государство — это и есть исторически сложившийся цельный организм с единой системой жизнеобеспечения.

Будучи единым организмом, социум, как и любое другое живое существо, активно включен в окружающую среду. Он потребляет из нее “свободную энергию” и возвращает обратно энтропию. В отличие от животного, однако, он еще наделен и сознанием. Таким образом, это не просто организм, а сознательное существо, подобное человеку и воплощающее в себе то, что есть во всех людях. То есть, помимо тела, у него есть и интегральный интеллект. Национальные интересы и цели, например, соответствуют реальности только в том случае, если отражают чаяния подавляющего большинства данного социума. Скажем, внутренняя и внешняя политика не содержит в себе ничего сверхъестественного, что выходило бы за рамки нормальных интересов и обыденной жизни обычного человека, а гласность по праву считается лучшей гарантией их правильности. Нарушения этого принципа приводили, как правило, к нестабильности с катастрофическими последствиями.

Поскольку речь идет о сознательном существе, то стабильность его обусловлена как материальными, так и духовными факторами. К первым относится прежде всего питание социума “свободной энергией”, а также силовые блоки и системы управления. Вторые объединяют в себе такие достаточно неоднозначные и в то же время вполне реальные понятия, как историческое наследие, культурные традиции и патриотизм, сводимые в итоге к национальному духу. Конкретные механизмы устойчивости социума на базе этих двух групп факторов сложны и многообразны. Тем не менее, есть основания считать, что нормальное и стабильное функционирование социума хорошо передается старинным изречением: “В здоровом теле здоровый дух”. В этом смысле с достаточной определенностью можно говорить о нормальном или, если угодно, здоровом состоянии социума, имея в виду сбалансированную экономику, прочную власть и демократические права.

Как в свете этой научно обоснованной концепции выглядит нынешнее положение России?

Разумеется, Россия как социум представляет собой уникальное явление, отличаясь прежде всего огромной протяженностью. Это не означает однако, что она принципиально разнится от других социумов-организмов как по устройству, так и по наличию необходимых структур обеспечения и систем управления. Поэтому критерии устойчивости, свойственные организму, вполне приемлемы и тут.

Для больной и ослабленной России тотальная концентрация воедино ее исполинского материального и духовного потенциала имеет сегодня первостепенное значение. Но такая мобилизация ресурсов должна исходить прежде всего не из митингового кликушества по поводу неделимости России, а из действительного осознания ее цельности как живого и могучего существа, пораженного, однако, серьезной хворью. Цельность, таким образом, должна быть положена в самую основу нашей национальной стратегии на ближайшие десятилетия. Способность к подобному менталитету и скорейшей выработке адекватной единой стратегии России в исторической перспективе обязана стать тогда главным мерилом компетентности и профессионализма высшего руководства. Что же мы имеет на деле?

Оплевав в плебейском раже вместе со Сталиным и Ленина, подвергая осмеянию все связанное с его именем, мы напрочь забыли, что именно вождь революции диктаторски решил вывести Россию из разрухи, опираясь на единую долговременную программу. Невиданный по размаху и всеохватности план ГОЭЛРО впервые ознаменовал собою системный подход как метод конструирования будущего, восторжествовавший на Западе лишь десятилетия спустя. Обладая сегодня куда более благоприятными возможностями, мы не имеем до сих пор не только единой национальной программы действий, но даже и малейшего намека на нее. Все захватывает “проклятая текучка” — истинное благо и спасение для безответственных бездарей и болтунов, дорвавшихся до корыта власти. Так, вместо системного стратегического мышления налицо совсем противоположное — тушение ежедневных “пожаров” и мелочная опека “низов”, находящаяся в компетенции региональных органов и даже отдельных предприятий. Исцеление от этого традиционного порока идет недопустимо медленно, если идет вообще. Анализ ситуации показывает, что в условиях нестабильности и смуты, которую мы переживаем, руководство с психологией временщиков уже органически неспособно к долговременному прогнозированию, живя по существу сегодняшним днем.

Подобный “бег на месте”, парализовавший госаппарат, особенно опасен тем, что создает убаюкивающую иллюзию устойчивости там, где любая неожиданная трещина может вызвать обвал всего здания. Полупьяное “После нас хоть потоп”, сказанное, по преданию, одним из Людовиков в объятиях очередной фаворитки, стало в нашем Отечестве антинародной преступной нормой, узаконившей не мобилизацию ресурсов, а их разбазаривание на всех уровнях власти. Концепция социума как организма позволяет выявить критерии, позволяющие оценить его стабильность, эффективность и перспективы. Первый из них связан с обеспечением энергией, продуктами питания и водой. Здесь Россия самодостаточна, что подтверждается хотя бы продолжающимся, несмотря на кризис, экспортом нефти и газа, не говоря уж о многих видах важнейшего сырья. В этом плане наш ввоз продовольствия и даже зерновых следует рассматривать как явную аномалию. Второй критерий определяет синэнергетический уровень социума, то есть степень его порядка и эффективности. В аналогии с биоорганизмами работоспособность и устойчивость социальных структур сводится в конечном счете к их сложности. Последняя монотонно возрастает в процессе исторического развития человечества подобно тому, как живая природа эволюционировала от простого к сложному по мере смены геологических эпох.

Стабильность социума, как и любого живого организма, характеризуется при этом его динамическим равновесием с окружающей средой. Отклонения от баланса, типичные для нынешней России, носят самый различный характер, но в любом случае чреваты серьезными, а то и катастрофическими последствиями. Как будет показано ниже, они связаны обычно с грубейшим нарушением естественной гармонии внутри социума в результате уродливого развития одних его функций и структур в ущерб другим. Подобные диспропорции приводят в свою очередь к цепной реакции осложнений, парализующих уже весь организм. Так, например, безобразное раздувание госаппарата, столь соблазнительное для чиновников, неизбежно усиливает налоговый пресс, убивающий всякую деловую активность граждан, которая, в свою очередь, вырождается во всеобщее воровство и коррупцию. Интегральным результатом всего этого служит затянувшаяся депрессия, из которой мы так и не можем выбраться. Приведем, наконец, еще один критерий — характер циркуляции денег, играющей в социуме примерно ту же роль, что и кровообращение в теле. Нам ли не знать, что значит опаснейшее “обескровливание” России в результате преступной утечки валюты за границу...

Концепция социума-организма исключает примат таких фундаментальных понятий, как монархия, диктатура и демократия. Она признает в качестве основы лишь здоровый социум в указанном выше смысле, равно как и болезненное отклонение от этой естественной нормы. К такому же подходу приводят последние данные ООН. Согласно им экономическое процветание государства определяется не его благоприятным географическим положением вкупе с высоким материальным и духовным потенциалом, а системой правления и ее стратегией. Если руководство работает эффективно и не ворует, то это и служит главной причиной благосостояния нации. На сегодня имеются десятки самых различных показателей социального здоровья — от состояния общественных туалетов до процента женщин в органах власти. По всем им Россия устойчиво занимает позорное место где-то в пятом десятке, превосходя разве только Албанию или какого-либо суверенного ныне “младшего брата”. Это и есть наш реальный “рентген”, позволяющий поставить столь же объективный диагноз и наметить тем самым путь к излечению.

Основой здоровья биосистемы служит нормальное функционирование ее клеток. По современным научным данным каждая клетка организма, являясь его неотъемлемой частью обладает в то же время, подобно голограмме, всеми признаками целого организма, его генома. Точно также здоровый социальный климат немыслим без социального заряда индивидуума. И каждый из них, в свой черед, будучи уникальным, концентрирует в себе признаки всего социума. Это позволяет говорить, например, об отдельном французе, русском или китайце как представителе определенной нации. Духовность в этом смысле сводится к гармоническому сочетанию неповторимого Я с национальным Мы, что и позволяет преодолеть внутреннее противоречие социума-организма. Нарушение этой психической гармонии и служит основой кризиса, охватившего Россию и повлекшего за собой провалы в материальных сферах. Другими словами, именно сознание определяет наше бытие.

Поэтому развитие духовности, идущее не сверху, а снизу и прежде всего через личный пример великих Учителей и Пророков, опирающихся, в свою очередь, на историческую память, опыт и заветы предков, и должно стать столбовой дорогой исцеления и возрождения России. Пора понять, наконец, что альтернативой захлестнувшей нас плебейской психологии служит не демократизм с его асоциальным инстинктом толпы, а чувство собственного достоинства, немыслимое в свою очередь без сочувствия, сострадания, словом всего того, что сочетается в совести. Именно совесть парадоксально объединяет в себе Личность с ответственностью перед всеми людьми, поэтому именно она и служит той всеохватывающей духовной сцепкой, на которой держится весь социум. Следует понять и то, что хамство как наиболее откровенный и изощренный способ подавления Личности, возведенный в норму большевизмом, остается нашей национальной болезнью № 1 как главной преграды на пути к духовному возрождению; и лечиться от этого недуга можно лишь одним способом — начиная с себя. Так что мучительное выдавливание из себя по капле раба, прописанное век назад доктором Чеховым, остается для нас лучшим лекарством и по сей день.

Но подъем национального духа как основы общественного здоровья невозможен без системы полноценного воспитания и образования. Только всеобщее Просвещение, развивая критическое отношение ко всему окружающему, а в первую очередь опять-таки к себе самому, способно дать бой гротескному миру потребительства и насилия, надсадно культивируемому с помощью ТВ. И именно оно, апеллируя к вековым духовным ценностям, способно развеять миф о примате политиканства со всей его ложью, предательством и цинизмом. Увы, и на этот фронте Россия тащится в хвосте, хамски держа в черном теле и учителей и учеников.

Важнейшим соборным фактором служит национальный язык как главный носитель духовности. Аккумулируя и интегрируя в себе все признаки этноса-организма с его историческим прошлым и настоящим, язык служит в то же время коллективным тезауросом, без которого невозможен информационный обмен членом социума, а следовательно и сам социум. Другими словами, язык является своеобразным информационным каркасом общественного организма. Поэтому подавить и истребить национальный язык можно только разрушив сам этнос. И нет, по-видимому, ничего более опасного и бесполезного, чем попытки властных структур волюнтаристски манипулировать языком с помощью декретов и указов, набирая политические очки. Между тем, история большевизма являет собой именно такой редкий по своим масштабам и безумию пример. Вспомним, как образование РСФСР по национальному признаку тут же создало бомбу замедленного действия, надолго зависшую над страной. Взрыв этой бомбы семьдесят лет спустя создал реальную опасность цепной реакции доморощенных “суверенитетов” не только на окраинах империи, где тут же полилась большая кровь, но и в глубинах коренной России.

Возобладала хлестаковская мыслишка, что генсек или другой лидер способен установить госграницу между огромными кусками единого еще вчера социума с той же легкостью, с какой самодержец Николай I “проложил” в свое время на бумаге железнодорожную трассу Петербург-Москва. Но что тогда делать миллионам русских, узнавших, проснувшись по утру, что они уже казахи, а земля, на которой жили еще их деды и прадеды, принадлежит отныне не России, а другому государству? Искать тут великодержавный шовинизм так же глупо, как и явление казахского национализма. Отчетливо проглядывает совсем другое — ослепляющая алчность кучки властителей, презревших не только историческую реальность, но и здравый смысл. Важна поэтому не только этическая оценка подобных событий, а четкое осознание грубейшего нарушения социальных законов со всеми неизбежными последствиями. Повторим, что реакция на подобное насилие над самим естеством всегда направлена в одну сторону — восстановление исторической ситуации, сложившейся веками. Вопрос лишь во времени и в том, сколько напрасной крови может пролиться на этом пути. Отметим сразу, что мы вовсе не испытываем ностальгии по большевистской “империи зла” и тем более, не стоим за какой-либо возврат к ней. Мы говорим о зыбкости волюнтаристского status-quo, возникшего в результате скоропалительного развала Советского Союза.

Сложность, а также гигантские размеры социума по сравнению с любым другим живым существом налагают специфические ограничения на его поведение и развитие. Прежде всего они выражаются, как мы уже говорили, в медлительности социальных изменений, обусловленных огромной инерцией системы не только в физическом, но и в ментальном смысле. Это находит очевидное выражение в исторических прецедентах, когда политические решения тормозились и растягивались на десятки лет, а то и на столетия. Так, испанская Реконкиста и избавление Руси от татарского ига отняли несколько веков. Более современные примеры — отделение Сингапура от Британской империи или же предстоящее в ближайшее время присоединение Гонконга к Китаю. Достаточно длительный переходный период здесь просто необходим не только для того, чтобы перестроить и привести в соответствие громоздкую материальную инфраструктуру социума. Он нужен и для достаточно безболезненной перестройки общественного сознания, отличающегося консерватизмом, который выражается, в свою очередь, в поразительной живучести обычаев, традиций, привычек и т.д. Все это уходит в глубины памяти о минувшем, сидящей, по-видимому, в наших генах. Именно память обеспечивает историческую преемственность этноса и нерушимость так называемой эстафеты поколений. Игнорировать подобную ситуацию или, тем более, обижаться на нее так же глупо, как, например, предъявлять претензии к ночному горшку, который вполне безвреден, когда его выносят не спеша, но тут же выплескивается на вас при резких движениях.

События, не замедлившие развернуться после Беловежского соглашения, блистательно доказали в который раз эту столь же прозаическую, сколь и незыблемую истину. Украшенные павлиньими перьями вороны, ставшие вдруг президентами, премьерами и главковерхами, тут же столкнулись на ровном, казалось бы, месте с непреодолимыми трудностями. Немедленно выплеснувшееся социальное дерьмо в виде самого махрового национализма и сепаратизма, с одной стороны, и сказочной возможности безнаказанно грабить национальное богатство — с другой, не только парализовало и разрушило былой организм как целое, не создав ничего путного взамен, но и отравило массовое сознание ядом стяжательства и взаимной ненависти. “Непредсказуемые последствия”, — штамп, которым так любят щеголять севшие в лужу политические авгуры, оказались и теперь вполне предсказуемыми, выставив напоказ прежде всего незыблемость общественных законов, а также невежество и некомпетентность новоиспеченных вождей.

Но если позицию правителей легко понять, то остается загадочным поведение признанных знатоков, выражающих “мнение народа”. Разумеется, мы имеем ввиду не самозванцев, в одночасье превратившихся в демократов, а искренних защитников интересов народа, его рыцарей без страха и упрека. Даже они, будучи людьми грамотными и подкованными в области экономики и истории, “купились” тут по крайней мере дважды. Во-первых, когда еще во времена Союза умилялись чашкой кофе за рубль у кооператоров при пятиалтынной стоимости ее у государства. А ведь уже тогда отчетливо слышалась увертюра “Большого хапка”, исполненная с лихостью “неуловимых мстителей”. Второе грехопадение духовных отцов нации связано с аллилуей шоковой терапии а la Гайдар, обернувшейся таким массовым ограблением народа, какого многострадальная Россия не ведала ни во времена Мамая, ни даже в героический период “сплошной коллективизации и электрификации”.

Мы привели эти известные соображения дабы подчеркнуть серьезность болезни теперешней России, не только прогнившей насквозь духовно, но и весьма неустойчивой даже в физическом смысле. Корень нашей нестабильности кроется не в политической и даже не в экономической раскраске фасада режима, а в грубейшем нарушении элементарных законов человеческого общежития. В такой обстановке политические завывания и тусовки самых разношерстных партий, претендующих только на власть, так же опасны и преступны, как внутренние разборки команды на корабле, который стремительно несет на рифы. Именно такая опасность, по многим признакам, грозит сегодняшней хронически больной России. Это означает, что демократическая система правления отнюдь не однозначно оказывается для нас устойчивой и оптимальной.

Предсказанный Вернадским и другими мыслителями ХХ века переход к суперсоциуму в виде Объединенного человечества означает, что интеграция России в глобальную систему материальных и идеальных структур исторически неизбежна. Отсюда не следует, однако, потеря Россией своего национального лица в результате насаждения “американского образа жизни”. Французы, англичане, немцы и испанцы строят сообща великолепные аэробусы. Но это не мешает им оставаться самими собой, какими они были на протяжении веков, хотя физические законы, по которым они творят, и заповеди Христа, по которым они живут, едины для всех. Следует учитывать также, что новинки, потоком хлынувшие в социально заторможенную Россию, отражают, как правило, не национальный характер США, Японии и других стран, а всего лишь их лидирующую роль в мировом хозяйстве. Столбовая дорога цивилизации, по-видимому, едина, хотя разные социумы выходят на нее в разное время и по-разному.

Суммируя изложенное, мы приходим к тому, что кризисная ситуация, сложившаяся в России в ХХ веке и направившая ее в определенном смысле в сторону от единого пути развития цивилизации, обусловлена, в первую очередь, грубейшими нарушениями естественных законов бытия и развития человеческого общежития. Указанное отклонение можно считать, в свою очередь, следствием не только случайных исторических обстоятельств, но и специфики национального характера россиян. Важно, что эти отклонения, в той мере, в какой они нарушают общие законы развития цивилизации, исторически преходящи и будут рано или поздно преодолены как изнутри, так и в рамках наметившейся интеграции человечества. Именно в таком русле следует искать выход из кризиса, достойный России. Достаточно уверенно можно говорить и о продолжительности подобного выздоровления, измеряемого, учитывая огромность нашего Отечества и неизбежную медленность социальных изменений, десятками лет.

Исторически неотвратимый процесс этот может еще более замедлиться, если возобладают политический произвол, создающий видимость серьезных социальных изменений и тормозящий по существу течение базовых процессов развития. Но Россия может стать на ноги и занять подобающее ей место значительно раньше, если найдет силы и умение для выработки единой оптимальной стратегии с мобилизацией своего огромного духовного и материального потенциала на ее выполнение. Для этого прежде всего следует излечиться от иллюзий, столь присущих русскому характеру и русской душе.

Дальнейшая судьба России во многом зависит от изживания химер, опутавших нас с головы до ног. Первая наша иллюзия — особый мессианский путь, якобы предначертанный России. Ничего подобного нет и в помине, так же как не существует, скажем, американского или японского пути развития цивилизации. Человечество едино, поэтому оно развивается по единым законам и движется по общей дороге, хотя разные государства и выходят на нее в разное время.


Вторая блажь состоит в уповании на якобы незыблемое современное геополитическое положение России. Оно, как мы видели, возникло искусственно и вопреки ходу исторических процессов, создав тем самым взрывоопасные очаги социальной напряженности. Это обрекает Россию на затяжной и болезненный выход из кризиса, измеряемый, как минимум, десятилетиями. На этом фоне по меньшей мере смехотворно выглядит ребяческая надежда, что Россия чудесным образом выпорхнет из депрессии в считанные годы с помощью очередной экономической клизмы или другой “шоковой терапии”. Столь же наивна байка о том, что долгожданное спасение Отечества придет к нам от неустрашимого генерала или царя-батюшки, а то и от самого Господа, словом, от кого-угодно, но только не будет добыто гражданским прозрением россиян и их собственным горбом.

Сегодня народ российский по-прежнему безмолвствует в своем капитулянтском непротивлении власти. А под лежачий камень вода не течет.

 Публикации | Представительная власть: мониторинг, анализ, информация | 1996. — № 8 (15) | Политический процесс | Поднимется ли Россия?

                                                         на главную        о проекте        права        пишите нам        вверх